fbpx

Маша Царева: «Может ли принцесса быть толстой?» (из Livejournal)

Считается, что русские помешаны на внешности. Женщины с кокетливой гордостью называют это перфекционизмом и покупают первую унцию ботокса в двадцать пять лет. Мужчины считают себя разборчивыми – любой потряхивающий барсеткой (о барсетке и ее роли в акте соблазнения девушки я напишу позже) мудак претендует на модель. Плевать он хотел на “не по Сеньке шапка”, он с детства убежден, что в стране перфекционизма моделей все равно больше, чем претендующих на них мудаков.

Самое смешное, что он отчасти прав. Нам же с детства вдалбливают, что красота – самое первое и важнейшее из женских преимуществ. На детсадовском утреннике роль Снегурочки или Прекрасной Принцессы отдадут девочке с самыми золотыми волосами, даже если она не выговаривает буквы “р” и “л”. В беззащитный детский мозг имплантируется культура приукрашивания, и уже в младшей школе девочки начинают делать первые шаги. У меня есть маникюрный бар, самым молодым его клиенткам – 8-10 лет. Эти девочки регулярно приходят на маникюр, им выдают на это карманные деньги. Честно говоря, я настолько к этому привыкла, что не задумывалась никогда, что где-то может быть все по-другому.
И вот мы с дочкой целый месяц прожили в семейном отеле на юге Италии. Отель своеобразный – по сути, это пионерский лагерь, где живут и родители. Я всегда путешествовала много, но впервые у меня была возможность длительного наблюдения за европейскими (французскими) семьями. И вот что меня поразило.
Несколько раз в неделю там ставили спектакли с участием детей. И каждый раз роль принцессы получала не самая красивая, а самая подвижная, веселая, пластичная или просто страстно желающая играть девочка. Однажды ставили Mamma Mia, и роль дочери-невесты получила девушка, которая выглядела как тетка. То есть, в Москве у нее не было бы никаких шансов – держалась бы особнячком( или под боком такой же непривлекательной подружки)и круглосуточно обтекала бы. А тут – она светилась, кокетничала со смазливыми отроками, носила красивые платья, которые ей катастрофически не шли. Она была Принцессой, окружающие так к ней и относились. Или ставили восточный танец. Девочки вышли в топах и шароварах. Среди них была толстуха, да еще и выше всех на голову. Первые ряды занимали дети, подростки, и никто, ни один человек, не позволил себе ни косого взгляда, ни усмешки, когда толстуха начала танцевать вместе с другими. Причем это была не вежливость, а просто их реальность.
И я подумала о том, что вместо культуры приукрашивания гораздо благодарнее было бы внушить девочке безусловное право на роль принцессы. Вдолбить, что право это не зарабатывается липосакцией коленей, шелковистостью волос и трехсоткратным повторением упражнения Кегеля. А дается просто так, от природы, и оно неисчерпаемо и неотделимо.